Письмо, появившееся в публичном пространстве и представленное как предполагаемая предсмертная записка Людмилы Вартик, было передано в полицию мужем погибшей, Дмитрием Вартиком, который в настоящее время имеет статус подозреваемого по делу, и не является сообщением, оставленным женщиной в день смерти. Информация была обнародована Генеральным инспекторатом полиции (ГИП) в субботу, 21 марта.
Согласно ГИП, письмо, появившееся в публичном пространстве, было представлено в учреждение мужем погибшей, Дмитрием Вартиком. Однако правоохранители не уточнили, когда именно он передал документ в полицию.
«Уточняем, что это не предсмертная записка, оставленная жертвой в день смерти, речь идет о двух разных материалах. Оба документа – и появившийся в публичном пространстве, и обнаруженный в день смерти – являются частью материалов дела. В этой связи назначено проведение специальных экспертиз с целью точного установления всех relevantных обстоятельств», – подчеркнули правоохранители.
Власти уточняют, что, учитывая ongoing характер расследования, некоторые детали не могут быть обнародованы на данном этапе, и призывают «избегать спекуляций, а также распространять исключительно проверенную информацию».
Ранее было подтверждено, что воспитательница детского сада «Андриеш» в Хынчештах, Людмила Вартик, погибшая 3 марта после того, как выбросилась с этажа жилого дома в Кишиневе, оставила предсмертную записку. Тогда утверждалось, что содержание записки обнародовано не будет, чтобы не сделать уязвимыми детей пары Вартик.
Тем не менее, было опубликовано содержание предполагаемой предсмертной записки, которая приписывалась погибшей. Этот поступок был квалифицирован как «крупный этический сбой».
В тот же день Дмитрий Вартик подтвердил «аутентичность» письма. «В условиях, когда этот документ стал достоянием общественности, подтверждаю, что письмо было написано моей женой и приобщено к материалам уголовного дела. В то же время уточняю, что мне неизвестно, кто обнародовал этот документ», – заявил Дмитрий Вартик, не уточнив, что обнародованное письмо – лишь один из двух документов, приобщенных к делу, а не то, что было обнаружено в день смерти.